Над улицей раскатился выстрел… Испуганно присел Горилла, кулем свалился на снег Колобок.

Вот ты и сделал свой выбор, Сергей Попов.

Горилла наконец сообразил, что произошло. Он выхватил пистолет и завертел головой, высматривая стрелка. Горилла сидел на корточках, прикрываясь корпусом автомобиля, и был очень легкой мишенью. Попов прицелился в лобовое стекло «вольво» и выстрелил. Пуля прошила триплекс сантиметрах в двадцати от головы Гориллы. Теперь тот увидел стрелка и сразу открыл огонь. На дистанции пятьдесят метров он не имел никаких шансов попасть в Попова, разве что случайно. Однако Попов «занервничал», прыгнул в машину и рванул с места… Он все делал неправильно, как сопливый дилетант. Он включил наружное освещение «жигуленка», газанул на снегу так, что машину занесло и ему пришлось давать задний ход, разворачиваться. Он как будто давал Горилле время опомниться, засечь номер автомобиля и его особые приметы: черное переднее крыло на желтом кузове и яркого слоника у заднего стекла…

Горилла сделал четыре выстрела, понял, что это глупо, и схватился за телефон.

Попов бестолково крутился по городу. Он дважды проезжал мимо милицейских автомобилей на Большой Московской, но на него не обращали внимания… «Уроды!» – пробормотал Таранов беззлобно. Наконец у площади «Трех дураков» его засекли, и на хвост яркому «жигуленку» сел милицейский «УАЗ». На «УАЗе» включили мигалку и по громкой связи дали приказ остановиться.

– Ага, держи карман шире, – сказал Попов, утапливая педаль газа. – Мы сейчас покатаемся, поиграем в догонялки.

Он гнал машину в сторону Дворянской, «УАЗ» ехал сзади, непрерывно сигналил и мигал дальним светом. Колеса «Жигулей» выплевывали хвосты снега, ядовито-малиновый слоник у заднего стекла издевательски помахивал преследователям хоботом.