Она молча улеглась на спину на кушетке, обмахивая грудь рукой.

– Я должен идти, – окончательно решился я и даже приоткрыл дверь.

– Дафна сейчас спит, – усмехнулась Коретта и расстегнула пуговичку. – Сейчас ты ничего не добьешься.

– Как ты ее назвала?

– Дафна. Ведь так? Ты говорил, ее зовут Делия. Мы здорово набрались на прошлой неделе с нашими кавалерами в "Плейруме".

– С Дюпре?

– Да нет, Изи. Это был другой. Ты ведь знаешь, я никогда не держалась за одного.

Коретта встала и приплыла прямо в мои объятия. Я вдыхал аромат прохладного жасмина из сада и горячего жасмина от ее груди. Я был достаточно взрослым, чтобы убивать мужчин на войне, но еще не стал вполне мужчиной. Во всяком случае, не в такой степени, в какой Коретта была женщиной. Она оседлала меня на кушетке и прошептала:

– Ой, папочка, ты попал в меня. Да-да!

Я едва удержался от вопля. А она спрыгнула с меня и сказала голосом скромницы:

– О-о-о, это просто изумительно, Изи!

Я попытался притянуть ее к себе, но Коретта никогда не шла, куда ей не хотелось. Она просто опустилась на пол и сказала:

– Я больше такого не выдержу, папочка, в такой обстановке.

– В какой обстановке? – вскричал я.

– Ты знаешь. – Она покрутила головой. – Дюпре в соседней комнате.

– Забудь о нем! Ты завела меня, Коретта.

– Это нехорошо, Изи. Я занимаюсь этим прямо рядом с Дюпре, а ты выслеживаешь мою подругу Дафну.

– Да я не выслеживаю ее, милая. Это всего только работа, вот и все.

– Какая работа?

– Один человек хочет, чтобы я ее нашел.

– Что за человек?

– Какая разница? Я никого не выслеживаю, кроме тебя.

– Но Дафна моя подруга...

– Это просто какой-то ее приятель.

Когда мой огонь стал угасать, она снова пустила меня к себе и позволила получить ее еще немного. Так она заставила меня трудиться до рассвета. Я все-таки добился от нее, кто приятель Дафны. Без всякого удовольствия я услышал это имя, но уж лучше знать его, чем не знать. Когда Дюпре закашлялся, готовый вот-вот проснуться, я натянул брюки и поспешил восвояси. Коретта прижалась к моей груди и вздохнула: