Ноулз смутился, чувствуя, что беседа свернула на скользкую тему, но он был лейтенантом Шарпа до того, как стал адъютантом Лоуфорда, и прежний ротный командир ему нравился.

- Не слишком, – признался он.

- Эту должность всегда занимал капитан, – сказал Шарп. – Почему он сделал адъютантом вас?

- Подполковник чувствует, что этот опыт будет полезен для меня, – натянуто ответил Ноулз.

- Полезен! – горько пробормотал Шарп. – Не вам он хочет блага, Роберт. Он хочет, чтобы этот огрызок принял мою роту. Вот чего он хочет. Он хочет, чтобы проклятый Слингсби стал капитаном роты лёгких стрелков. Поэтому он и забрал вас.

У Шарпа не было никаких доказательств того, о чём он сейчас говорил, но это было единственное объяснение всему происходящему. Он понимал, что сказал слишком много, но злость кипела в нём, а Ноулз был его другом, и никому не расскажет о вспышке, свидетелем которой оказался.

Ноулз, нахмурившись, отмахнулся от назойливой мухи и, немного подумав, ответил:

- Я на самом деле верю, что подполковник сделал это ради вашей пользы.

- Ради моей пользы? Дав мне Слингсби?

- У Слингсби есть опыт, Ричард, – сказал Ноулз. – И намного больше, чем у меня.

- Зато вы – хороший офицер, а он – тупоголовый идиот.

- Он - шурин подполковника, – терпеливо пояснил Ноулз. – Он женат на сестре госпожи Лоуфорд.

- Это всего лишь то, что вам, чёрт побери, положено знать, – мрачно пробурчал Шарп. – Но, кажется, шурин Лоуфорду не слишком нравится.

- Мы не выбираем своих родственников. И Слингсби всё-таки джентльмен.

- Дьявол! – выругался Шарп.

- Наверное, он был рад перевестись из 55-го, – продолжал Ноулз, игнорируя угрюмое выражение лица Шарпа. – Господи, большая часть этого полка умерла от желтой лихорадки. Здесь гораздо безопаснее, даже с учётом всех тех парней, что собираются убить нас, – и Ноулз кивнул на французов.