Но я постарался не выказать удивления. Хороший адвокат должен быть одновременно и умелым артистом.

– Неплохая увертка, – заметил я. – Но она бесполезна, и вы, Стив, хорошо это знаете.

Замечание мое звучало веско, неважно, что под ним подразумевалось.

– Послушайте, Бен… – прервал меня Херб.

Лайонс передал мне скоросшиватель с документами.

– Взгляните-ка, – попросил он. – Вот копия информационного листка Клуба здоровья «Биг эппл» в Манхэттене с фотографией их последнего спортивного инвентаря – «Альпийских лыж». Он издан почти за полтора года до того, как мистер Шелл обратился за патентом. А вот и счет на эти лыжи.

Я раскрыл скоросшиватель, равнодушно взглянул на фотографию и документы и отдал папку обратно.

– Послушайте, Бен, – начал опять Херб. – Давайте выйдем на минутку переговорим.

Мы оставили Лайонса и Соммера в кабинете, а сами прошли в пустой конференц-зал, расположенный рядом.

– Что за чертовщина возникла вдруг вокруг всего этого дела? – спросил я.

– Все так. Они правы.

– Значит, вы и в самом деле стали торговать этими штуками более чем за год до заявки на патент?

– Фактически за два года. Я продал их доброй дюжине персональных тренеров в клубах здоровья в самых разных городах.

Я холодно взглянул на него и спросил:

– Зачем вы это сделали?

– Господи, Бен, да не знал я закона! Как же еще, черт побери, вы считаете можно опробовать эти штуки, если не раздать их другим? Других способов испытать нагрузочные механизмы, кроме как предложить их гимнастическим залам и клубам здоровья, просто не существует.