Поэтому мы благодарны нашему новому «активному» знакомцу за все: и за избавление от необходимости выбора; и за освобождение от всего напряжения, с выбором связанного; и за внимание, которым тебя почему-то оделили и выделили среди толпы — значит, есть в тебе что-то. Самооценка растет, будто давление в гейзере, приятельские чувства кипятком клокочут в груди твоей. Вот-вот произойдет выброс дружественных паров под влиянием «сугрева души». Прямо «Три мушкетера» господина Дюма: только встретились — и сразу друзья навек. Один стоит за всех, все сражаются за одного и никто не платит по счету. Но, к сожалению, в жизни не все так просто, как в приключенческой литературе. Взглянем в глаза реальности. В глаза, кстати, не слишком добрые, но и не столь ужасные, как взор Медузы-Горгоны. Словом, каменет от ужаса незачем. Разумнее просто разобраться, что к чему.

Амикошон отнюдь не собирается ни выделять нас из общей массы, ни помогать нам адаптироваться в местных условиях, ни разбираться в наших проблемах и комплексах. Это не в его интересах. Его задача — навязать себя как можно основательнее любому, кто поддастся. Амикошон нуждается в слушателе так же, как Честолюбец из «Маленького принца» Сент-Экзюпери нуждался в почитателе. Он не станет всматриваться в нового знакомого, потому что личность очередного «друга навек» для него никакой роли не играет. Для него новый «почитатель» — нечто вроде декорации, в которой предстоит выступать в ближайшее время. Раскланиваться и слушать аплодисменты. И снова раскланиваться. Поэтому за «обустройство» вашей дружбы он берется решительно, по-деловому — незачем тратить время на пустые «ухаживания», да и просто на то, чтобы присмотреться к человеку, с которым заводишь отношения. Зачем? Все равно через некоторое время «новенький», поняв, что его используют в очень и очень непрезентабельных целях, отвернется от амикошона. Тогда «неверный друг» автоматически перейдет в категорию «стареньких», а иными словами — в разряд «отработанного материала». И спектакль на «Два товарища» снимут с репертуара.