Я говорю четко и уверенно. Милиционеры оживают.

— Беда в том, что отец этой девушки не желает писать заявление, — говорит капитан. — А без этой бумажки, черт бы ее побрал, мы не можем ничего предпринять. Он и сейчас отказался с нами говорить на эту тему. А избили его основательно…

— Но косвенно вы же можете знать, кто это организовал? — спрашиваю его.

— Трудно сказать… — не решается откровенничать капитан.

— Да это Бенгала банда! Тут к бабке не ходи! — встревает в разговор старлей, снимает фуражку и вытирает вспотевший от волнения лоб. — Их это работа!.. Точно говорю!

Капитан молча кивает.

Я достаю чистые чашки, наливаю ментам кофе.

— Спасибо… — принимает чашку капитан. Приглашаю старлея к столу.

— Вы слышали о Бенгале? — спрашивает меня доверительно старлей, прихлебывая горячий кофе.

— Берите печенье, — предлагаю им. — Вроде и слышал что-то похожее, но я живу на Васильевском и здешних бандитов не знаю.

Капитан налегает на печенье.

— Они здесь хозяева!.. — возмущается старлей. — Ни черта с ними не можем сделать. Так… Иногда только мелочь попадется, да и тех почти всегда приходится отпускать. У них все схвачено…

Капитан даже поперхнулся после последних слов коллеги.

— Ни черта у них не схвачено! — резко возражает он.

— А почему тогда мы их никак не можем посадить?! — задиристо спрашивает старлей.

— Не знаю… Но я у них точно не схвачен! — лупит кулаком по столу кэп так, что подпрыгивает посуда.

Смотрю на разошедшихся полицейских. Эти ребята, похоже, честно тянут свою лямку. Без компромиссов.

— А я что — схвачен?! — вскидывается старлей и роняет на пол фуражку. — Да мне уже два раза дверь подпаливали… — говорит он и лезет под стол за своим «аэродромом» .

— А я про тебя и не говорю ничего… — оправдывается капитан, тоже нагибаясь, и шарит руками под столом в поисках закатившейся фуражки приятеля. — Только через нашего начальника ни одна серьезная бумага не проходит почему-то… — говорит он снизу. Мне становится весело. Ребята совсем забыли, что я не из их команды и говорить лишнее при мне не стоит.