Среди политических деятелей Рейха, пытавшихся обновить идеологию, были и те, чьей основательности и умелому практицизму отдавали должное на самом верху власти. Здесь выделялся один из руководителей Имперского министерства оккупированных территорий, член НСДАП с 1929г. Альфред Фрауенфельд. Вплоть до 1937г. он возглавлял гау Вены,  будучи самым влиятельным национал-социалистом Австрии, а затем руководил Имперской палатой театров. В 1942г., после недолгого периода службы в МИД Фрауенфельда назначили генеральным комиссаром оккупированного Крыма. Статс-секретарь Имперского министерства внутренних дел, один из ведущих расовых теоретиков Вильгельм Штуккарт писал после войны: «Крым получил Фрауенфельда, который никогда не пресмыкался и ничего не просил, и которому я давно хотел дать что-то прекрасное».

      С самого начала Фрауенфельд решил, что Крым, как составная часть Имперского комиссариата «Украина», не должен управляться варварскими методами Эриха Коха. Он придерживался неортодоксального мнения, что украинцы должны иметь  высокообразованное национальное правительство. Практика управления оккупированными территориями показала явное преимущество мягких методов. В то время как в Ровно /резиденция Коха/ гражданских служащих-немцев убивали даже днем, в Крыму все было тихо. Фрауенфельд говорил, что он мог проехать по степи 200 километров без  оружия и охраны. Министр вооружения Альберт Шпеер также утверждал, что первое время он ездил один через обширные украинские леса, но полгода спустя территория наводнилась партизанами.

      Взаимная неприязнь Фрауенфельда и Коха не принесла пользы никому. Имперский комиссар Кох жаловался в партийный суд на Фрауенфельда, а тот на него – министру А.Розенбергу. Гитлер и Гиммлер прикрывали Коха, который открыто заявил в марте 1943г.: «Мы – народ-господин и должны править жестко, но справедливо… Самый последний немецкий рабочий в расовом и биологическом смысле в тысячи раз ценнее, чем местное население».