И сразу же всё делится на людей, которые говорят: «Да, это слишком умно, слишком витиевато, слишком теоретично, слишком высоколобо… Где здесь конкретные действия?» и всё прочее.

И на людей, которые говорят: «Да, давайте, давайте ещё больше сложности, мы же понимаем, как это всё нужно».

Ну, с теми, которые говорят: «Давайте больше сложности», мы и будем разговаривать, удовлетворяя их запрос. А вот с теми, которые говорят: «Давайте-ка попроще и поближе к делу» и всё время ссылаются на то, что нужно переходить в режим действий, — вот с ними надо говорить на языке максимально простом, потому что они такие же наши друзья, соратники и уважаемые нами люди так, как и те, кто взыскуют сложности. Не должно быть между нами никакого разделения. Не должно быть никакого ощущения: «А, вы заговорили о простом — ну, так идите вон!» Нет. Никоим образом.

Наоборот, мы готовы всячески прислушиваться к этим требованиям упрощения. Правда, есть такая поговорка, что простота хуже воровства. Но, с другой стороны, я всегда считал, что если самую сложную на свете теорию ты не можешь изложить ученику третьего класса, то, значит, ты сам её не понял. И только поэтому не можешь ничего сказать, иначе как используя витиеватый язык, нагромождая понятия и всё прочее.

Итак, я бы хотел сказать о том, что же есть самое главное. И к чему сводится на самом простом языке всё, что говорилось и в Манифесте, и в передачах «Суть времени». На простом языке это выглядит так…

Жил мужик с бабой и был в неё влюблён. И жизнь была хороша и счастлива. А потом у него эту бабу увели. И баба теперь не его, а какого-то дядечки, который её спаивает, растлевает, а баба довольна. Вот и весь сюжет. Что делать мужику? Мужик сидит и смотрит иногда в бинокль на то, как это происходит. И то за помповое ружьё хватается, то за бутылку. Вот и всё.