- Здравствуй, Абрам Иваныч, - протянул он фельдшеру узкую ладонь.

- А! И ты объявился! Давно с богомолья пришел? - спросил Абрам Иваныч.

- Да вчера только, - застенчиво улыбнулся Никишка.

- Это не тебя ли отец-то поймал? Говорит, щуку в тридцать фунтов... В тебе ведь как раз тридцать? - лукаво подмигнул на Фому фельдшер.

- Нет, правда, фунтов десяти щуку пымали, - ответил Никишка.

- А тебя спрашивают, - шутя осерчал Фома.

- Так, значит, полпудика скинешь? - обратился к Фоме фельдшер.

- Ты с черныга-то фунтов восемь скости, тогда уж и я, - отшутился Фома.

Никишка увязался идти на охоту вместе с Абрамом Иванычем. Ему хотелось поделиться впечатлениями с новым человеком и попросить совета насчет одного решения, которое прочно засело в его узкой голове.

IV

В глубину леса вела слабо утоптанная тропинка, а по бокам ее, между высокими прямыми березками, приютившись около корней и кочек, мягко чернела вода. Место было торфяное, низкое.

Фельдшер юрко шел впереди, а сзади него, еле поспевая за ним, в хлопающих опорках, плелся Никишка.

- Место здесь низменное, Абрам Иваныч, сам видишь, - говорил, задыхаясь от ходьбы, Никишка. - Сырость здесь, воздух тяжелый, как не болеть? Поневоле заболеешь... Да и река близко... С реки тоже тянет... Мга, туман... От лесу темень всегда.

- Что и говорить! Больному здесь крест, и толковать нечего, поддакивал фельдшер.

- Был это я в Киеве, - продолжал Никишка, - вот где рай-то, вот где теплынь! Красивое место!

- Киев-то! Еще бы! Сказано - мать городов русских.

- Хорошо ведь там жить будет, а?

- Чего лучше.

- Вот я туда и махну опять, - понизив голос до шепота, проговорил Никишка.

- Жить, что ли, там хочешь?

- Ну да, жить.

- Дура ты, - оценил его проект фельдшер. - Как же это ты там жить-то будешь? Кто тебя даром кормить станет?

- А я, первым делом, приду туда да в больницу ляжу, понял? - волнуясь и спеша, стал излагать Никишка.