Папа Исаака Герфенштейна погиб в Треблинке, но великое мастерство свое успел передать сыну. Облаченный в новый торжественный костюм, Боксон восторженно смотрел на себя в зеркало, и маэстро Герфенштейн, бесконечно довольный своим произведением, заметил:
- Скажу честно, господин Боксон, принц Чарльз рядом с вами выглядел бы клошаром!
- Маэстро, - сказал Боксон, - я не знаю, что произойдет, но у меня предчувствие, что этот смокинг решит мою судьбу. В моей машине лежит бутылка шампанского, разрешите преподнести её вам.
- Кстати, о машине, - заметил Герфенштейн, наполнив бокалы, - Я даю гарантию, что на смокинге не останется складок после получаса сидения в автомобильном кресле. Но все же не злоупотребляйте. Одежда имеет душу, и ей очень не нравится небрежное отношение. Одежду нужно любить, и тогда она будет любить вас...
...Боксон завез костюм домой, и только шагнул в вестибюль, как был окликнут швейцаром:
- Господин Боксон, вчера к вам приезжали...
- Кто именно?
- Три молодых человека, признаться, довольно неприятных. Один из них был со сломанной рукой, в гипсе. Молодые люди вели себя довольно агрессивно, рвались подняться в вашу квартиру. По-моему, у них в карманах лежали велосипедные цепи. Мне пришлось пригрозить вызвать полицию, чтобы они удалились. Хорошо, что в те минуты никого из жильцов не было на лестнице.
- Благодарю вас, - ответил Боксон, вкладывая в руку швейцара купюру. Я приму меры, чтобы подобное впредь не повторялось.
- Они приехали на зеленом "фольксвагене-джетта", - разглядев номинал купюры, вспомнил швейцар. - Машина довольно грязная и помятая. На всякий случай я записал номер, - швейцар протянул листок бумаги. - Давайте, я вам расскажу, как они выглядели...
Повесив в шкаф создание Исаака Герфенштейна, Боксон из потайного сейфа, вделанного в пол, достал свое домашнее оружие - сверкающий белизной полированной стали револьвер "смит-вессон", модель 66. Мощные патроны "магнум" лежали тут же, а две кобуры - наплечная и поясная - висели в шкафу среди галстуков. На этот раз Боксон выбрал наплечную кобуру, давным-давно тщательно подогнанную по размеру.