Через год после приезда в Пекин Я. Х. Давтян докладывал начальнику внешней разведки:
«Несколько слов о нашей специальной работе. Она идет хорошо. Если Вы следите за присылаемыми материалами, то, очевино, видите, что я успел охватить весь Китай, ничего существенного не ускользает от меня. Наши связи расширяюся. В общем, смело могу сказать, что ни один шаг белых на всем Дальнем Востоке не остается для меня неизвестным. Все узнаю быстро и заблаговременно».
На чем основывались такие оценки главного резидента ОГПУ в Китае? Давтяну, действительно, удалось активизировать работу разведки в этой стране, особенно по белой эмиграции. В частности, Мукденская резидентура через свою агентуру в японских спецслужбах добыла уникальный архив белогвардейской контрразведки, касающийся всего Дальнего Востока. Полученные документы Давтян направил в Центр специальным курьером. В сопроводительном письме на имя начальника разведки М. А. Трилиссера он не без гордости писал:
«Дорогой Михаил Абрамович! С сегодняшним курьером посылаю Вам весь архив белогвардейской контрразведки, полученный в Мукдене. Прошу принять меры, чтобы архив этот не «замариновался» и был использован».
В середине 1923 года в направленном в Центр отчете о проделанной работе Давтян сообщал:
«Работу я сильно развернул… Уже теперь есть приличная агентура в Шанхае, Тянцзине, Пекине, Мукдене. Ставлю серьезый аппарат в Харбине. Есть надежда проникнуть в японскую разведку.