Тогда руководитель подает команду:

- Пошла утка, пошла! Нажимайте!

Загонщики бросаются вперед через заломы. Трещит тростник, бурлит вода под ногами.

- Скорей, скорей! Нажимай! - снова раздается голос руководителя, но уже где-то впереди.

Но вот и сети. В них бьются запутавшиеся утки, в огромном мешке вода кипит от множества пойманных птиц.

Руководитель быстро загораживает вход в мешок запасной сетью, вытирает пот со лба и удовлетворенно улыбается:

- Сотни две с половиной загнали!

Начинается кольцевание. Один из юннатов записывает, двое кольцуют, остальные непрерывно подносят уток, вынимая их из сетей. На лапку быстро надевается кольцо, записывается номер, и утку бросают в воду. Она мгновенно ныряет или прячется в тростники.

Только через несколько часов, мокрые и усталые, но с сияющими лицами, юннаты попадают на берег.

Незаметно наступает тихий летний вечер.

А утром снова в путь на поиски других утиных стай.

* * *

В первую же зиму юннаты Алма-Атинского дворца пионеров получили около десятка писем от Центрального бюро кольцевания птиц. Оказалось, что несколько окольцованных уток было убито на осеннем перелете в Узбекистане и Таджикистане. Бомбейское общество естествознания сообщило, что на самом юге Индии зимой был убит чирок, окольцованный юннатами. Несколько уток-крякв убито на зимовке у южного берега Каспия. Два красноголовых нырка оказались в Африке.

Через семь лет две острохвостых утки, окольцованные юннатами, были убиты в Турции.

Так юные натуралисты помогли установить пролетные пути и места зимовок уток, гнездящихся в Северном Казахстане, а также выяснить долголетие диких уток.

В  В Е Р Х О В Ь Я Х  Т О М И

Два пика горы Карлыган в Кузнецком Ала-Тау разделяет неглубокая седловина. Снег заполняет ее и образует большое поле на северном склоне. В редкие годы он успевает растаять за лето. В конце августа на прошлогодний снег ложится новый.