Было другое, о чем сообщает полковник милиции Э. Хлысталов в своей книге "Тайна гостиницы "Англетер": "К Ленину и другим вождям пролетариата в защиту арестованных обратились академик С.Таганцев (автор учебника по уголовному праву России и монографии "Смертная казнь" - авт.), М. Горький и ряд других деятелей науки и литературы. В собрании сочинений В.И.Ленина (т.52, стр. 278-289, 485) напечатана его записка по делу Таганцева. По его распоряжению руководству ВЧК и Наркомата юстиции было предложено доложить обстоятельства дела...

Дзержинский и нарком юстиции Д.И.Курский написали Ленину, что Таганцев и его коллеги были подвергнуты самым суровым репрессиям. Ленин согласился с применением суровых мер к арестованным. Это при том, что он был в свое время помощником присяжного поверенного, а, следовательно, юристом, и отлично понимал, что никаких конкретных доказательств преступной деятельности кого бы то ни было в группе Таганцева нет, а есть патологическая ненависть чекистов к русской интеллигенции, которую они называли коротко и ясно: буржуазией.

Обращаясь за содействием к Ленину, деятели культуры были наивны. Нравственная и правовая позиция вождя выражена в его секретной записке членам Политбюро:

"...Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели думать..." Из приложения к заявлению П.Н.Лукницкого Генеральному прокурору СССР 5.02.1968.

"Изучая в упомянутые годы биографию и творчество Гумилева, я, как и Ахматова, никогда не интересовался тем, что находилось вне доступной для нас сфере изучения - "делом" Гумилева, по которому он был расстрелян. Но и тогда, и позже я, как и Ахматова, полагал, что по всему своему облику, по всему характеру своей биографии Гумилев н е м о г (разрядка - П.Л.) быть участником заговора...