Грицку нет дела до моих интонаций: ему поручено найти меня, и он не остановится даже перед тем, чтобы лично приехать на Русановку и собственноручно вытащить меня из нашей семейной постели.

- Сергей, куда ты делся! - заорал он так, что еле выдержала мембрана. - Я тебе звоню уже пятый раз, черт бы тебя побрал!

У меня были хорошо обеспеченные тылы; и я не поддержал легкомыслия Грицка, даже панибратства.

- По-моему, сегодня выходной, - ответил я официальным тоном, - и вам, лейтенант, это известно так же, как и мне.

Колесник не обиделся на мою сухость. Кажется, он вообще ни на что не обижался и редко терял хорошее настроение.

- Брось, старик, - коротко хохотнул он, - не выкаблучивайся и приезжай завтра в девять. Сам Борода вызывает.

Полковник Каштанов носит короткую седую бородку, и это, конечно, предопределило его прозвище.

Я уже сообразил, что грибы мои плакали, и все же сделал довольно неудачную попытку отбояриться от вызова:

- Мы с женой договорились...

- Старик, мое дело - передать, - оборвал меня Колесник, - а о чем ты договорился с женой, извини меня, ей-богу, неинтересно.

Он был прав, и осталось только пробормотать:

- Лучше бы ты ко мне не дозвонился.

- Привет супруге! - захохотал Грицко и бросил трубку.

В любой неприятности всегда можно найти и что-то позитивное. Я объяснил Марине, что завтра мы можем спать лишних три часа, но ее это почему-то не обрадовало, она даже начала бросать в меня подушками, и я возблагодарил бога, что любимой жене не попались под руку более тяжелые вещи. Она, правда, не стала сетовать на Бороду и на угрозыск, вместе взятые, не предложила мне перейти в адвокатуру, как делала в начале нашей супружеской жизни, - я убедился, что жены со временем умнеют, - она просто демонстративно повернулась ко мне спиной и сделала вид, что сразу же заснула.