Гуторили до вечера. Порешили: строить. --------------Мелькали топоры, визжали пилы, подергивая и ухая волокли бревно. Работа кипела. - Пускай-ка нюхнут, чем пахнет, - говорил Силантий. - Школа будет ай-люли. - А то засмеяли нас окружающие деревни, особливо Раменье село, одно званье нам: лесовики. А чем мы виноваты, ежели в лесу живем? - Как при царе лесовиками лаяли, так и теперича: лесовики да лесовики. - Только, чур, молчок, ребята, - сказал Силантий, - чтоб не единая деревня не пронюхала. Мы им нос-то утрем. А окончим, в казну пожертвуем: на, товарищи, получай! Вот какие мы лесовики. А прочие деревни хоть и не лесовики, а школы не желают. В Раменье школу прикрыли, учитель с женой в куски пошел. Вот они, какие не лесовики-то. А мы лесовики. Силантий попыхивал трубкой и сопел от прилива чувств. --------------В ведряный, осенний день перед очами заведующего уездным наробразом стояли председатель сельсовета Аксен Петров, маленький и остролицый, как лисенок, а сзади - сам Силантий. - Что скажете? - оторвалась от бумаг плешивая городская голова в очках. - Вот, товарищ, из села Дыркина епутация, - браво начал Аксен Петров, но осекся и кашлянул в ладонь. - Какая депутация, где? - То-есть, самолично, мы, - отрубил Силантий. - Я слушаю. - Голова поджала бритые губы и поправила очки. Аксен Петров человек бывалый, даже на Карпатах воевал, он всю дорогу зубрил речь, а вот тут, чорт его знает... - Вследствие того, - начал он, расправляя свои рыжие усишки, - как мы живем совсем в лесу, и как этот лес был помещика Гусева, и вследствие того, как нас, то-есть дырковцев, все считали лесовиками... - Покороче, - нетерпеливо сказала голова и втянулась в плечи. - Желательно нам Советской власти школу предоставить, - прокричал Силантий и расправил бородищу. - Желательно предоставить школу, - подхватил сельсовет. - Вследствие того, как мы соорудили школу своим иждивением всех средств, то-есть дырковцы, и в Звиженьев день святого животворящего Креста Господня желательно нам эту самую школу освятить.