- Этого нет, док.

- Пришлите сестру Елену, пусть делает все время холодные водяные компрессы.

Берта выметается из дома и тут я замечаю в углу комнаты темный кусок веревки, Подхожу поближе и вижу раздавленную змею. Это не гадюка, это черная африканская змея мамбо, еще более опасная бестия. Почему Муни сказал неправду?

Через час в поселение влетает газик. За рулем черная рожа Джека улыбается мне глупой улыбкой.

- Привез, док.

Шаман очень вонюч, это смесь пота, испражнений и еще массы неприятных запахов. Его темная кожа, покрыта нарывами, язвами и еще черт знает чем. Лицо с нестертым гримом, при виде меня растягивается до ушей на подобии улыбки. Он не знает английского и пользуется переводом Муни.

- Я рад приветствовать моего белого брата..., - начинает традиционное приветствие шаман.

- Передай ему, - прошу Муни, - что нет времени на вступительные речи, молодая женщина умирает, ей нужна помощь.

Шаман кивает головой и разводит руками.

- Где она?

Клер, обложена компрессами. Елена выжимает тряпки в окно и при появлении шамана, зажимает свой миниатюрный носик рукой. Грязный старик подходит к больной и небрежно смахивает тряпки с тела, потом цокает языком.

- Он говорит, - переводит Муни, - что поздно, что это укус не гадюки, а другой змеи и он навряд ли поможет.

- Пусть делает все, что угодно, пусть пробует...

- Он говорит, что попробовать конечно можно, но...

Тут из меня вылетает серия русских матюгов, сестра Елена с испугом отрывает руки от носа и зажимает уши. Шаман почему то шарахается к стене.

- ... Вонючки, мать вашу, искрошу скальпелем...

Муни задыхается от перевода.

- Он уже все делает и спрашивает, если ли у нас нож.

Я подхожу к столу и, выдвинув ящик, достаю большой кухонный нож.

- Шаман просит вас разжать ей рот.

Осторожно раздвигаю губы и просунув лезвие между зубов, разжимаю рот.