По сути, в XXI веке споры о теории Маркса идут, преимущественно, вокруг неизбежности социалистической революции – одни круги в принципе отрицают ее возможность, другие отрицают лишь ее революционность, настаивая на возможности эволюционных социалистических преобразований в капиталистическом обществе. Притчей во языцех стал «шведский социализм», но и в более широкой трактовке сегодня много говорится о «европейском социализме», имея в виду политику стран ЕС, в частности, Франции, и даже о движении к социализму в США.

Либерализму марксизм противоречит лишь своей революционностью, утверждением о неизбежности перехода от капитализма к социализму. При том, что либерализм полагает рынок и связанную с ним политическую систему вершиной общественного развития.

Сегодня для исторического анализа применяются два подхода, признанные классическими – формационный и цивилизационный. В основе формационного подхода лежит понятие «общественно-экономическая формация», которая характеризует общество с точки зрения типа производственных отношений, его экономической структуры и политической надстройки. Этот подход разработан в рамках марксистской теории.

Цивилизационный подход опирается прежде всего на культурные особенности человеческого общества, определяющие тип взаимоотношений и стиль мышления больших масс людей, называемых «цивилизациями». Наиболее известный представитель этой школы британский историк А.Тойнби выделял более двух десятков цивилизаций, среди которых «китайская», «западная», «православная», «арабская» и т.д.

Нетрудно заметить, что цивилизационный подход, будучи способен дать интереснейшие данные для изучения глобального исторического процесса, не слишком удобен для анализа локальных событий. Этим объясняется практически повсеместное применение историками марксистского формационного подхода. И именно это заводит нас в тупик при анализе революции в России.