А сколько же взрослых становятся подходящими воспитателями собак? С сожалением говорю, что хороших дрессировщиков среди них бывает мало и редко, и главной причиной тому является недостаток резких контрастов в их личном характере и складе. Я ежедневно изумляюсь тому числу досад и неудобств, которые испытывают владельцы из-за своих собак. И под этим я не имею в виду ограниченные возможности проведения выходных и отпусков из-за невозможности захватить их с собой и не ту дополнительную работу, когда пачкаются натертые полы. Я имею в виду те случаи, когда рвется в клочья линолеум, боятся заходить знакомые, невозможно повернуться ночью на другой бок из-за опаски потревожить собаку, и быть укушенным, а также многое другое! Эти и иные бесчисленные недостатки, терпятся тысячами владельцев лишь потому, что они любят своих собак.

С другой стороны меня раздражают люди, старающиеся уговорить взять у них собак и дрессировать их самой, когда я объясняю им, что мне потребуется на это лишь пол дня. Ведь дело в том, что собака вернется к ним такой же, какой и была, поскольку сами они не будут научены управлять ею, что важны здесь именно их голос и манера работы с собакой. Я объясняю, что обожаю собак, что, работая с ними, не сдерживаю себя. Я говорю собакам глупые, нежные слова, я так их люблю, что с трудом заставляю отводить от них руки или лицо, лаская их, и проблемы с их дрессировкой устраняются в считанные мгновения, когда мы решаем между собой, кто здесь главный — и совершенно определенно, что главной становлюсь я. После этого для получения любви и мгновенного повиновения необходимо лишь показать собаке, что от нее нужно. Но если владелец предпочитает прийти вместе с собакой и искренне желает дрессировать ее, то, копируя все то, что делаю я, каким бы глупым это ему не казалось, у него есть вполне обоснованная надежда за очень короткое время иметь хорошую собаку.

Несколько лет назад, пытаясь подтвердить свое предположение, что собаки могут быть выдрессированы до высокого стандарта повиновения за несколько часов, я провела эксперимент на двадцати пяти самых плохих животных.