Так вот, Кулик был не просто ученым в полном смысле этого слова, он был еще и очень любопытным ученым, и чтобы московские чиновники не мешали ему удовлетворять самую большую страсть в жизни, ему приходилось все чаще и чаще утверждать: метеорит вот-вот будет найден. Зная дуболомость чиновников от науки (тех, у кого люботытство ограничивается собственным сейфом), винить его в такой маленькой шалости не поднимается рука.

Хитрец, однако, не "транжирил народные деньги", во всяком случае сам он был уверен, что все расходы от поиска метеорита с лихвой окупятся. Страна в 1939 году готовилась к войне, а Кулик становился все более уверенным, что упавший в Южное болото метеорит состоял целиком из стратегического металла никеля. Запасы никеля в огромном метеорите таковы, что СССР будет обеспечен никелем с запасом. Академик Александр Евгеньевич ФЕРСМАН даже предложил спустить всю воду из Южного болота, чтобы легче было добывать металл... Кулик вновь и вновь уходит на поиски драгоценного метеорита, последний раз он прибыл в эпицентр 6 августа 1939 года. А 18 сентября он в последний раз закрыл за собой дверь на заимке, которую отныне и навсегда будут звать его именем.

Поездка на следующий год "не прошла по сметам" и ее перенесли на август 1941 года. В блокнот, куда Кулик заносил все свои планы на будущие исследовательские сезоны, он написал - "в 1941 - необходимо уточнить местонахождение стратегического метеорита". Напротив цифры "1942" в блокноте значилось "начать строительство узкоколейной дороги Южное болото - Ванавара" для вывоза из района эпицентра найденных обломков чистого никеля"... Судьба оказалась зла по отношению к Кулику. В 1941 году он ушел добровольцем на фронт, был ранен, попал в плен, где долго ухаживал за больными пленными красноармейцами, лечил их до тех пор, пока в 1942-ом 14 апреля болезнь не подкосила уже его самого. В предсмертном бреду он все еще призывал ехать на Подкаменную Тунгуску...



8 из 55