Просто мне хотелось знать, достаточно ли отросли ваши кудри и можете ли вы по-прежнему появляться в свете. При всей своей настороженной подозрительности Маргарита чуть не подпрыгнула от радости. "...появляться в свете... Итак, меня выпустят отсюда. Значит, я прощена? Значит, меня ждет престол Франции? Нет, если бы это было так, Артуа сразу бы мне объявил..." Все эти мысли вихрем промчались в ее голове, и Маргарита зашаталась; вопреки воле на глазах у нее выступили слезы. - Робер, не томите меня, - сказала она. - Я знаю, это в ваших привычках, вы не меняетесь. Но не будьте жестокосердны. Что поручили вам мне сообщить? - Я счастлив передать вам, кузина... При этих словах Бланка пронзительно вскрикнула, и Роберу показалось, что сейчас она потеряет сознание. Но он не спешил закончить фразу: видя, что обе принцессы бьются, как рыбки на крючке рыболова, он испытывал истинное удовольствие. - ..послание, - добавил он. И с тем же чувством радости он увидел, как уныло поникли их красивые личики, и услышал горький вздох разочарования. - Послание от кого? - спросила Маргарита. - От Людовика, вашего супруга, отныне короля Франции. А также от нашего дражайшего дядюшки его высочества Валуа. Но я хочу поговорить с вами наедине. Быть может. Бланка согласится оставить нас вдвоем? - Конечно, конечно, - покорно произнесла Бланка, - я сейчас уйду. Но мне бы хотелось сначала узнать.., как Карл, мой супруг? - Кончина короля причинила ему огромное горе. - А он вспоминает.., меня? Говорит ли обо мне? - Полагаю, он жалеет вас вопреки всем тем страданиям, что претерпел по вашей вине. После событий, разыгравшихся в Понтуазе, никто ни разу не видел на его лице прежней веселой улыбки. Бланка залилась слезами. - Как по-вашему, - произнесла она, - простит ли он меня или нет? - Это во многом зависит от вашей кузины, - загадочно ответил Артуа, указывая на Маргариту. Он довел Бланку до порога и сам захлопнул за ней дверь. Потом повернулся к Маргарите: - Прежде всего, моя прелесть, я должен ввести вас хоть отчасти в курс дела.