— А Цат, — шепотом произнес монах.

— Что он там делает?

— Что-то ищет у алтаря.

Юн Си усмехнулся.

— Он ищет богатства преданных им братьев! Значит, маньчжуры ушли. У нас действительно есть кое-что. Но А Цат ничего не найдет: место, где они спрятаны, было известно только святому отцу и мне. А золото еще сослужит нам хорошую службу.

Глаза Юн Си сверкнули недобрым пламенем.

— Совершенномудрый отдает предателя нам в руки. Тем лучше!

Монахи схватились за кинжалы.

— Подождите, — остановил их Юн Си, — слушайте, что нужно делать…

Когда Юн Си закончил говорить, послушники тихо направились к молельне.

А Цат продолжал свои бесплодные поиски. Он медленно ощупывал пол у алтаря в надежде, что одна из каменных плит покачнется и перед ним откроется тайник.

— А Цат! — раздался вдруг шепот.

А Цат вздрогнул, хотя этот зов не был для него неожиданностью. Расправившись с обитателями Шаолинского монастыря, маньчжуры целые сутки ждали четверых послушников, исчезновение которых обнаружил А Цат. К вечеру следующего дня маньчжуры ушли, А Цату велели остаться и сообщить о появлении «смутьянов».

— А Цат! — снова послышался знакомый голос. — Брат!

Услышав слово «брат», испугавшийся в первую минуту А Цат успокоился. Конечно же, пришедшие ничего не могли знать о событиях той ночи.

— Я здесь, Юн Си, — тоже шепотом ответил он и вышел из молельни.

— Здравствуй, брат! — приветствовал его Юн Си.

— Здравствуйте, братья, — ответил А Цат и грустным голосом добавил: — Ужасно видеть, что сделали проклятью маньчжуры со святым отцом и остальными нашими братьями.

Услышав эти кощунственные слова, Юн Си с трудом заставил себя не. броситься на предателя и не задушить его здесь же, у дверей молельни.

— Да, — медленно согласился он, — нет предела нашей скорби. Но мы рады видеть живым хотя бы тебя. Ты расскажешь нам о последних часах наших дорогих братьев.