Вы когда-нибудь присутствовали на изредка устраиваемых учительницами посиделках? Ну, там восьмое марта, новый год, по «простотакному» поводу… Какие начинаются разговоры после третьего пропущенного напёрстка коньяка? Правильно, о ней. О родимой конторе, о школе, о завучах-директоре, учениках-родителях! Чем они заканчиваются? Верно: «Плохо и будет хуже».

Для заключённого становилось реальным только то, что происходило в лагере. Вселенная по ту сторону колючей проволоки не существовала. Проработавшая пяток лет в школе «оказательница образовательных услуг» видит: с ним творится что-то жуткое, она деградирует, но стократно более ужасно, что она не видит другого пути, кроме этой деградации. Я довольно долго проводил анкетирование среди омских учителей. Считаете, что первое место среди ответов на вопрос «Что, по-Вашему, самое плохое в школе?» занимало: «Низкая зарплата»? Губоко заблуждаетесь! Этот вариант стоял на втором, а то и третьем месте. Первое место всегда занимало: «Глухая бесперспективность».

«Знакомый директор школы сетовал: «Школу захлестывает поток рекомендаций, приказов и всевозможных стандартов. Она не в состоянии все это выполнить. У меня три завуча, не разгибаясь, сутками выдумывают отчеты, учителям некогда работать – надо заполнить кучу документов, иначе получим нагоняй. Притом все чаще не за работу, а за недостаточно оптимистические отчеты. Поэтому происходит массовый обман». (http://www.newsland.ru/News/Detail/id/311725/cat/42/)

О впадении в детство.

Кстати, о зарплате. Выше уже говорилось, что повышение теперешней учительнице заработной платы в разы и даже десятки раз не приведёт ровным счётом ни к чему: «Сытое брюхо к развитию глухо». А вот сохранение жалованья на минимальном уровне, напротив, оказывает колоссальное воздействие на психику: «Голодной куме всё хлеб на уме».