Робсон поколебался и выпустил пистолет. Тот с лязгом ударился об пол. Луиза Фишер подползла к нему на четвереньках, а потом с пистолетом в руке уселась на стол.

Брэзил отпихнул от себя Робсона, подошел к лежащему на полу мужчине, встал на колени, пощупал пульс, пробежал руками по телу и, поднявшись с пистолетом Конроя, сунул его себе в карман.

Конрой пошевелил ногой, веки сонно дрогнули, и он застонал.

Брэзил, указав на него большим пальцем, обратился к Робсону:

– Забирай его и выметайся.

Робсон приблизился к Конрою, нагнулся, приподнял ему голову и плечи, потряс легонько и раздраженно буркнул:

– Давай, Дик, просыпайся. Мы уходим.

– С мной все в п'рядке, – промычал Конрой, пытаясь улечься снова.

– Вставай же, вставай! – рявкнул Робсон и хлестнул его по щекам.

Конрой потряс головой, бормоча:

– Не х'чу.

Робсон влепил ему еще одну пощечину:

– Давай, поднимайся, паршивец несчастный!

Конрой застонал и проворчал нечто нечленораздельное.

– Вытащи его на улицу, – нетерпеливо сказал Брэзил. – Под дождичком очухается.

Робсон хотел возразить, но передумал. Подобрав с пола свою шляпу, он нахлобучил ее и опять склонился над блондином. С трудом усадил его, одной рукой обхватил за плечи, другой – за спину и медленно встал, поднимая обмякшее тело.

Брэзил распахнул дверь. Волоча на себе Конроя, Робсон вышел вон.

Брэзил захлопнул дверь, прислонился к ней спиной и с притворным смирением развел руками.

Луиза Фишер положила пистолет Робсона на стол и встала.

– Извините меня, – сказала она серьезно. – Я не хотела впутывать вас в такую...

– Все в порядке, – небрежно перебил он ее. В улыбке его чувствовалась горечь, но тон оставался беспечным. – Я вечно во что-то впутываюсь. Черт с ним! Мне срочно нужно выпить.

Луиза быстро повернулась к столу и начала наполнять бокалы.