Никто не проронил ни слова. Мрачные и безмолвные фигуры раскачивались в едином ритме с поднимающейся и оседающей вниз палубой. Никто не мог отвести глаз от этого непостижимого и чудовищного зрелища: пустые, обескровленные вены человека, который еще был жив.

- Это - предостережение свыше! - закричал Маэни. - Оставьте юнгу в покое. Попомните мои слова. Его смерть не поможет вам.

- Попробуй у локтя, у левого локтя, он ближе к сердцу, - невнятно, охрипшим, изменившимся голосом заговорил капитан.

- Дай мне нож, - сурово сказал О'Брайен и взял его из руки кока. - Я не могу смотреть, как ты мучаешь меня.

Он совершенно спокойно надрезал вену у левого локтя, но и ему не удалось вызвать кровотечение.

- Все это зазря, - сказал Салливен. - Надо пустить ему кровь из горла, чтобы он не мучился.

Для юнги это было слишком.

- Не режьте горло! - закричал он. - В горле тоже не будет крови. Дайте мне немного отдохнуть. Это оттого, что я замерз и ослабел. Позвольте мне лечь и поспать немного. Тогда я согреюсь, и кровь потечет.

- Бесполезно, - возразил Салливен. - Как будто ты сейчас сможешь спать! Ты и не заснешь и не согреешься. Посмотри на себя. Тебя же бьет озноб.

- Однажды в Лимерике я заболел, - торопливо заговорил О'Брайен, - и доктор не смог отворить мне кровь. Но после того, как я поспал несколько часов и согрелся в постели, кровь потекла свободно. Я вам говорю святую правду, не убивайте меня.

- Его вены вскрыты, - сказал капитан. - Нет смысла оставлять его в покое, когда он мучается. Давайте кончать с этим сейчас же.

Матросы бросились к О'Брайену, но он отскочил в сторону.

- Я вас сживу со света! - пронзительно закричал он. - Убери руки, Салливен! Я еще вернусь! Я буду вам являться - во сне и наяву я буду вам являться, пока вы не подохнете!

- Это позор! - заорал Биэйн. - Если бы короткая щепка досталась мне, я бы дал ребятам отрубить себе голову и умер спокойно.