Едва забрезжило утро, как на речке, что протекала рядом, были выбраны места для купанья: отдельно - для мужчин, отдельно - для женщин. Несмотря на то, что была весна, вода стояла очень низко, и плавать было невозможно. Харка отыскал местечко поглубже и позвал к себе братишку - Харбстена. Они долго плескались и обливали друг друга. Потом потерлись речным песком, а выйдя на берег, намазались медвежьим салом. Оно хорошо предохраняло кожу и от солнца, и от холода. В типи им дали по кусочку волчатины. Мясо было жесткое и невкусное, но все же лучше, чем ничего.

До отправления в путь еще оставалось немного времени. Бабушка Унчида села у очага и принялась разбирать травы, собранные по берегам речки. Харка с сестрой Уиноной подсели к бабушке, и та объясняла детям, что это за растения.

- Вот эта трава, - сказала она, - кладется на открытые раны. А вот эта хороша для затянувшихся ран.

Уинона мечтала стать такой же известной знахаркой, как и бабушка, и внимательно слушала. Для Харки это было не так интересно, и он спросил Унчиду, уж не думает ли она, что эти травы скоро понадобятся.

- Ты читаешь мои мысли, - ответила мать Матотаупы. - Мы идем туда, где в полдень солнце стоит над головой. Там живут враги дакотов - пауни. Они тоже охотятся за бизонами. И если мы придем туда, нашим мужчинам придется бороться.

- Но земли дакотов простираются до Большой Реки, и пауни не должны переходить ее...

- Так говорят вожди и воины дакотов. Вожди и воины пауни думают по-другому...

Унчида хотела еще что-то сказать, но вошла мать Харки. Она была очень возбуждена и сообщила, что разведчики обнаружили неподалеку следы чужих воинов.

Харка тотчас выбежал из типи. Он увидел, что Матотаупа и Солнечный Дождь направляются к жрецу. Солнечный Дождь пытался, видимо, в чем-то убедить вождя. Но так и не договорившись, они вошли в его типи.