- Проворней, проворней, сынки!

Работали все до изнурения. Николенька неприязненно поглядывал на старика:

- Скоро ли пошабашим? Надоело, дед. И к чему эта мука?

- К науке! - отозвался Уралко. - Ты, милый, работой не гнушайся! На работе да трудах наших Русь держится. Сам царь Петра Ляксеич хорошее дело любил. Кто-кто, а он уж знал толк в мастерстве. Слушай-ка...

Он поманил Николеньку во двор и там, шумно дыша, уселся на камень.

- Маленький роздых костям старым! - устало сказал он. - Слышь-ко, ты не думай, я ведь знавал самого государя. Годов полсотню тому меня в Воронеж гоняли на верфи. Батя мой плотничал, а я якоря пристраивал... Батя отменный корабельный плотник был, царство ему небесное! Ух, топором рубил - как песню пел...

Один разок и похвались мой батя:

"Все Петр Ляксеич да Петр Ляксеич! Да я не хуже царя плотник! Да я..." "Стой, не хвались!" - крикнул тут бате высоченный мастер.

Отец оглянулся и обмер: перед ним стоял царь. Он-то все слышал, а батя его и не заметил.

Петр Ляксеич подошел к плотнику и сказывает:

"Хвасти у тебя много, а поглядим, как ты на деле себя окажешь!" "Виноват, ваше царское величество!" - повинился батя.

Царь говорит ему:

"Ну-ка, покажи свое мастерство! - и кладет свою руку на стол. - Давай выруби топором между этими перстами, да не задень ни единого, тогда ты не уступишь царю Петру - хороший, значит, плотник будешь!"

Ну что тут делать? Хочешь не хочешь, а пришлось мастеру рубить. Да так рубил он: не задел ни единого перста. Тогда царь и сам похвалил его:

"Молодец! По-честному хвалился умением: добрый ты мастер!.." Вишь ты как!..

Николенька посмотрел на свои грязные руки, вздохнул тяжко.

- Дедушка, а скоро ли домой?

- Погоди, сынок, не весь урок сробили. Великий урок твой батюшка задал: от темна до темна стараешься, а всего не переделаешь!

- Я уйду! - рассердился Николенька.