Стыдно стало Тайрнадзу. Покраснел он, говорит:

- Плохо это получилось: лёг только отдохнуть, да и заснул! Спасибо тебе, что разбудил меня! - Сунул руку Тайрнадз под нары. Глядит Азмун - там большой чан стоит, в том чане горбуша, калуги, осетры, кета, лососи, форели плавают. Видимо-невидимо рыбы! Рядом с чаном шкура лежит. Ухватил её старик, четверть шкуры рыбой наполнил. Дверь открыл, рыбу в море бросил, говорит: - К нивхам на Тро-миф, на Амур плывите! Быстро плывите, плывите! Хорошо весной ловитесь!

- Отец, - говорит Азмун. - Нивхам рыбы не жалей!

Нахмурился Тайрнадз.

Испугался тут Азмун: "Ну, пропал я теперь! - думает. - Рассердил Старика! Плохо будет!", отца вспомнил, ноги выпрямил, прямо на Тайрнадза смотрит. Улыбнулся тот:

- Другому бы не простил, что в дела мои мешается! А тебе прощу: вижу, не о себе думаешь, о других! Будь по-твоему!

Бросил Тайрнадз в море ещё полшкуры рыбы всякой:

- На Тро-миф, на Амур плывите, плывите! Хорошо осенью ловитесь!

Поклонился ему Азмун:

- Отец! Я - бедный, - нечем мне отплатить тебе за добро. Вот возьми кунгахкеи в подарок.

Дал он Тайрнадзу пластинку свою, как играть на ней показал. А у старого давно руки чешутся, хочется её взять, глаз от неё отвести не может! Больно понравилась игрушка. Обрадовался Тайрнадз, в рот пластинку взял, зубами зажал, за язычок стал дёргать...

...Загудела, зажужжала кунгахкеи то будто ветер морской, то словно прибой, то как шум деревьев, то будто птичка на заре, то как суслик свистит. Играет Тайрнадз. Совсем развеселился. По дому пошёл, приплясывать стал. Зашатался дом, за окнами волны взбесились, водоросли морские рвутся - буря в море поднялась.

Видит Азмун, что не до него теперь Тайрнадзу. К трубе подошёл, за верёвку свою взялся, наверх полез.