Барк был порядком трепан штормами и ходить по морям ему оставалось недолго. Почти каждый год судно ремонтировали в доках. В мореплавании наступала эра паровых судов. Уже по всем направлениям начинали бороздить океаны парусно-моторные и паровые корабли. Эпоха парусников кончалась. Капитан вынул изо рта сигару и, откинувшись на спинку кресла, быстро и цепко оглядел русского парня с головы до ног. - Почему ты пошел в команду к нам, а не на русский корабль? - спросил он. - На русский не взяли: команда набрана полностью, - слукавил Егор. Не рассказывать же англичанину об истории с дедом! - Ты пошел в море искать приключений? - Капитан снисходительно улыбнулся и опять пыхнул сигарой. Дым попал ему в глаза, и он прищурился. - Я хочу стать настоящим моряком, - твердо сказал Егор. - Такой ответ мне нравится. - Капитан довольно хорошо говорил по-русски. Он много раз бывал в Архангельске. - Ты еще не плавал? Егор отрицательно покачал головой. - Я работал в парусной мастерской. - Ол райт! Если будет нужно, примешься чинить паруса. А пока служи палубным матросом. На реи тебе еще рано, нет опыта. А впрочем, как придется... Я беру тебя только до Лондона. Боцману капитан сказал по-английски: - Отведи русскому койку в кубрике, пусть его кок накормит. И дай ему швабру в руки. - Есть, сэр! - ответил боцман.

2

"Пассат" был стар, как отплававший свое моряк, что собирается, уйдя на покой, сидеть вечерами у камелька с трубкой в руке и рассказывать домочадцам разные истории из своей жизни. Однако на судне во всем чувствовался морской порядок, все находилось на месте; аккуратно прибрано, подогнано, закреплено. И хотя на высокой волне барк сильно мотало, и он, переваливаясь с боку на бок, поскрипывал всем корпусом, сработан он был на совесть и еще довольно уверенно справлялся с превратностями своей морской судьбы. Боцман Дик Пэйли, который спозаранку свирепствовал на палубе, подавая сигналы то своей дудкой, то резким голосом, приказал Егору следить за чистотой и порядком да, кроме того, помогать коку на камбузе.