- Никто не знает об этой тайне, кроме Ричардсов и нас... Никто.

Муж вздрогнул, очнулся от своего раздумья и грустно посмотрел на жену. Она побледнела. Он нерешительно поднялся с места, бросил украдкой взгляд на свою шляпу, потом посмотрел на жену, словно безмолвно спрашивая ее о чем-то. Миссис Кокс судорожно глотнула, поднесла руку к горлу и вместо ответа только кивнула мужу. Секунда - и она осталась одна и снова начала что-то тихо бормотать.

А Ричардс и Кокс с разных концов города бежали по опустевшим улицам навстречу друг другу. Еле переводя дух, они столкнулись у лестницы, которая вела в редакцию, и, несмотря на темноту, прочли то, что было написано на лице у каждого из них. Кокс прошептал:

- Кроме нас, никто об этом не знает?

И в ответ тоже послышался шепот:

- Никто. Даю вам слово, ни одна душа!

- Если еще не поздно, то...

Они бросились вверх по лестнице, но в эту минуту появился мальчик рассыльный, и Кокс окликнул его:

- Это ты, Джонни?

- Да, сэр.

- Не отправляй утренней почты... и дневной тоже. Подожди, пока я не скажу.

- Все уже отправлено, сэр.

- _Отправлено_?

Какое разочарование прозвучало в этом слове!

- Да, сэр. С сегодняшнего числа поезда на Брикстон и дальше ходят по новому расписанию, сэр. Пришлось отправить газеты на двадцать минут раньше. Я еле успел, еще две минуты - и...

Не дослушав его, Ричардс и Кокс повернулись и медленно зашагали прочь. Минут десять они шли молча; потом Кокс раздраженно заговорил:

- Понять не могу, чего вы так поторопились?

Ричардс ответил смиренным тоном:

- Действительно зря, но знаете, мне как-то не пришло в голову... Зато в следующий раз...

- Да ну вас! Такого "следующего раза" тысячу лет не дождешься!

Друзья расстались, даже не попрощавшись, и с убитым видом побрели домой. Жены кинулись им навстречу с нетерпеливым: "Ну что?" - прочли ответ у них в глазах и горестно опустили голову, не дожидаясь объяснений.