Он поцеловал ее в висок, она в ответ что-то вяло промурлыкала и затихла. А Мирон Демьянович не смог расслабиться, как мечтал еще недавно, слишком дорого ему стоила ползучая тварь.

– Ты спишь? – тихо спросила Илона, она тоже не спала.

– Уснешь тут после ползающих шнурков, – буркнул он.

– С кухаркой я сама поговорю, ты не смей с ней разговаривать, обязательно дров наломаешь. Но мне кажется, не она подсунула ужа. Зачем ей это?

– Вот и я думаю: зачем нам в кровать подбросили ужа?

– Скажи спасибо, что не гадюку подкинули. Но это явный выпад.

– А с какой целью?

– Раз изобрели такой изощренный способ досадить нам, то изобретут еще что-нибудь. Выяснится в свое время. На идиотов в погонах не надейся, они тупые – по рожам видно. Как они за преступниками гоняются? Ты фигуры их видел?

– Не до того было. Я только о гадюке думал и о том, кто осмелился мне ее подложить.

– А я рассмотрела ментов – откормленные, как хряки. И всерьез ужа не восприняли.

– Тебе не кажется, что мой охранник подкинул ужа? Как он с ним играл, заметила?

– Если б он подкинул, то не выдал бы себя, мы бы до сих пор искали ужа. Нет, Мирон, это не он. Ты ему слишком хорошо платишь, чтоб так глупо шутить. Давай хоть немного поспим, а инцидент обсудим на свежую голову.

Она теснее прижалась к нему и вскоре заснула. А Мирон Демьянович еще долго думал: кто это сделал и что хотел этим сказать.

Глава 3

С утра пораньше Ника примчалась в прокуратуру пасти зампрокурора, которого боялась больше, чем самого прокурора, и выпасла. Когда встречается крупный мужчина, ему дают определение: шкаф. Но шкаф – это что-то примитивное, Владимир Васильевич далек от примитива, Нике он внушал ужас одним только взглядом василиска. Дядька он был крупный, с грубыми чертами лица, которые соответствуют характеру – жесткий, разносит подчиненных в пух и прах, не стесняясь в выражениях. Он не пришел бы в восторг от ее просьбы: