Они взяли с двух сторон за повод коня и увели его. Хан вошел в юрту. Там было тепло. Посредине курился костер из смолистых корней. У стенки на войлоке лежал на спине человек. Серое бескровное лицо. с черной бородой и сложенные на груди руки говорили о близкой смерти. Прерывистое дыхание показывало, что жизнь его отчаянно борется в этом обессиленном теле. В ногах больного сидел бородатый дервиш, в высоком колпаке с белой повязкой, знаком хаджи . На его полуголое тело был накинут широкий плащ с множеством ярких ваплат. - Салям-алейкум! - сказал Джелаль эд-Дин и опустился на войлок около больного. Подползла закутанная до глаз женщина-рабыня и стащила с хана промокшие зеленые сапоги. Джелаль эд-Дин отстегнул кожаный пояс с кривой саблей и положил около себя. - Ты кто? - спросил он дервиша.- Судя по твоей одежде, ты видел далекие страны? - Я хожу по свету и ищу среди моря лжи острова правды... - Где твоя родина и куда ты идешь? - Меня зовут Хаджи Рахим, а прозвали меня еще Багдади, потому что я учился в Багдаде. Моими учителями были самые совершенные, великодушные и знающие люди. Я изучил много наук, много перечел сказаний арабов, турок, персов и написанных древним языком пехлеви. Но, кроме сожаления и кроме тяжести грехов, я не вижу другого следа моих юных дней... Джелаль эд-Дин поднял недоверчиво бровь: - Куда же и зачем ты идешь? - Я хожу по этому плоскому подносу земли, лежащей между пятью морями, посещаю города, оазисы и пустыни и ищу людей, опаленных огнем неудержимых стремлений. Я хочу увидеть необычайное и преклониться перед истинными героями и праведниками. Сейчас я направляюсь в Гургандж, по слухам, прекраснейший и богатейший город Хорезма и всего мира, где, говорят, я найду и блистающих знаниями мудрецов и искуснейших мастеров, украшающих город образцами великого искусства... - Ты ищешь героев, записывающих свои подвиги концом меча на полях битв? сказал Джелаль эд-Дин и задумался.- А сумеешь ли ты такими пламенными строками описать подвиги героя, чтобы юноши и девушки запели твои песни, чтобы их повторяли отважные джигиты, бросаясь в бой, или старики, делая последний шаг к могиле? Дервиш ответил стихами: Хотя богат и славен песней Рудеги Но я не меньше слов прекрасных знаю.