У него, к слову сказать, среди многочисленного сборища не было пары. Парни подсаживались к девушкам, танцевали, а Яков мыкался из угла в угол и не сводил глаз с Орины. Пригожая, румяная, она сидела рядом с Павлом и беззаботно разговаривала. Неприветлива, горда Орина, на Якова и не смотрит, и он никак не может этого понять - была бы девушка при достатке, а то всего-навсего пять десятин за душой, а она еще тобой пренебрегает.

Орина резко ответила зазнавшимся хозяйским сынкам, которые потешались над девушками:

- Что хлопцы? Прицепи сучке двести рублей - и хлопцы возьмут: пусть лает, я зато десятину куплю...

Все расхохотались - в неприглядном свете выставила Орина хозяйских сынков. Девчата взяли верх, осмеянные хлопцы смутились, не нашли что сказать.

Среди криков, разговоров снова завели песню, зазвенели девичьи голоса... "А вже тая слава по всiм свiтi стала, що дiвчина козаченька серденьком назвала".

Девушки в песнях жаловались на людские пересуды о чернобровой дивчине, что на огороде жала жито, а проходивший мимо козак стал помогать жнее.

Песни - отклики на все тревоги, надежды.

Но вот снова все заглушил бубен, и девушки сорвались с лавок. Орина махнула цветастыми широкими рукавами - статная, полногрудая, лебедь-девка! Пригожее тут не было никого. Она положила руку на плечо Павлу, который ласково обнял ее полный стан и повел в танце. Все загляделись на них, крепкий парубок, ловкая пара.

Девушки кивали на Павла и Орину, перемигивались, переговаривались:

- Кровь с кровью встретилась.

Дочь старшины Ульяна и Мамаева Наталка повели разговор о том, что у Павла ничего нет, разве что в... Девушки добавили срамное слово... Около чего и над чем они будут хозяйствовать? Павло сам себя не прокормит. Наденут суму - да в экономию...

Хозяйские девчата хохотали, потешались над ладной парой: недолго этой Орине радоваться, девичий век короток.

А парни около Орины так и вьются - нет девушки милей.