Вернулись рекруты из Лебедина, набросили на плечи башлыки - неровня обычным парубкам, - ходят, бродят, прощаются с белым светом.

Известно, кто из хозяев хочет задобрить рекрута, чтобы тот не озорничал, не вешал собаку на воротах, не припирал двери в хату, тот и рубля не пожалеет. Остап Герасимович Мамай не очень-то щедрый хозяин, а и тот брякнул рублем перед Непряхой - нате, хлопцы, знайте мою щедрость, идите на царскую службу, только чтобы не озоровать...

Рекруты горделиво берут этот дар, не сгибаются перед хозяином берут, чтобы сделать приятное хозяину, не иначе. "Эх, и зачем забирают нас в солдаты?" - надсадно выводят они.

Мамай тоже не безголовый - как не задобрить рекрутов, могут наделать беды, как это было в прошлом году. Взяли улей с пчелами, принесли на посиделки, подожгли онучу, начали подкуривать пчел: пчелы угорят, а мы тогда полакомимся медом. А леток забыли заткнуть. Пчелы повылетели, как начали жалить девчат, хлопцев - посиделки разбежались из хаты.

Еще и не такое могло статься...

Старшина Роман Маркович Калитка держит в страхе всю округу, а и тот с рекрутами разговаривает запанибрата.

- Хлопцы, я вам на горилку дам, только не делайте ничего нецеремониального... Чтобы воинский начальник на вас не жаловался...

Чем замысловатее выражался старшина, тем загадочнее становилась его речь. Издавна так повелось - кого не оглушат непонятные слова? Кто знает, какой смысл вложен в эти слова? Но надо сказать, что здесь они не произвели на новобранцев никакого воздействия.

Назар Непряха ему в ответ:

- Что ты мне сделаешь? Я казенный человек. Весь закон во мне!

Люди имели случай убедиться: Назар Непряха - завзятый рекрут! И до чего только такой может дослужиться?

Рекрутов снаряжали на Ивана Златоуста. За плечами обвязанные полотном сундучки, а вослед стоны, а вослед плачи. Насупленные рекруты, заплетаясь ногами, выводили жалостливыми голосами:

Тодi, мати, заплачеш,