Никогда не забуду переполоха, наделанного моим племянником Николаем.
Сейчас он - офицер флота, а тогда ему только что исполнилось шесть лет. Он рос крепким, здоровым мальчиком, любознательным и упорным.
Наслушавшись рассказов о прадеде, Николай, тайком от старших, снял со стены заветную шпагу, выбежал вместе с гостившими у нас мальчуганами-сверстниками на двор и скоро отыскал своего первого в жизни "врага". Во главе стайки кур важно выступал петух.
Мальчик замахнулся шпагой, но, не рассчитав удара, споткнулся и, падая, с силой ударил ею о камень.
Смелый бросок Николая вперед, его решительный взмах шпагой ошеломили надменную птицу. Ее воинственно топорщившиеся перья поникли. Петух, забыв про своих кур, убежал в дальний угол двора.
Поднялся Николай с разбитым коленом. Он досадовал, но не плакал. На шпаге появилась большая зазубрина. Еще немного - и клинок сломался бы. Так плачевно окончился "петушиный" бой. Николая наказали, а шпагу заперли на "семь замков".
Я слушал рассказ Аполлинарии Сергеевны и больше всего боялся, что она прервет свои воспоминания.
Догадавшись о причине моего волнения, она, не дожидаясь вопросов, продолжала:
"В 1914 году ко мне на квартиру приехал командир Семеновского полка. Приближался полковой праздник, которая-то годовщина со дня основания полка. Командир просил передать полковому музею что-нибудь из личных вещей великого полководца: ведь наш прадед начинал свою военную службу в этом полку.
Там, говорят в народе, он получил свою первую награду - серебряный рубль. Там присвоили ему и первые воинские звания. Там произвели его в офицеры. Девять первых лет его военной службы связаны с Семеновским полком.
Отобрали мы для полкового музея палаш, который подарил нашему прадеду Ганнибал, несколько орденов, два - три кубка, вазу и боевую шпагу. С нею Суворов прошел итальянский и швейцарский походы.
На семейном совете решили передать музею большой кремневый пистолет. Александр Васильевич ценил его за меткий бой и возил с собой в поход. На пистолете стояло фабричное клеймо: "Тула. 1789 год". Суворов любил русское оружие и доверял ему.