Пока он полз вдоль края тротуара по Гайд-парку, все время слышалась неторопливая дробь выхлопов «бентли». Бонд был взволнован предстоящей встречей с М., замечательным во многих отношениях человеком, возглавлявшим секретную службу. С конца лета Бонд не видел этих холодных, проницательных глаз. В тот раз М. был доволен.

— Отдохните, — сказал он тогда. — Хорошенько отдохните. Потом пусть вам пересадят кожу на тыльную сторону ладони, «Кью» устроит вас к лучшему врачу и условится о времени. Не ходить же вам с этим проклятым русским клеймом. Когда вы от него избавитесь, попробуем вам подыскать хорошее дельце. Ну, удачи!

Рука заживала медленно, но не болела. Кожу в том месте, где бледнел шрам в форме русской буквы «ш» — начальной буквы слова «шпион», — сняли. Вспомнив о человеке со стилетом, который вырезал букву на его руке, Бонд изо всей силы сжал пальцы, лежавшие на руле.

Что нынче происходит с великолепной организацией, чьим агентом был тот человек, с советским органом возмездия, «СМЕРШЕем» — (аббревиатура слов «Смерть шпионам»)? Кто возглавляет ее теперь, когда больше нет Берии? После знаменитого дела в Руайаль-лез-О, связанного с игорными заведениями, в котором участвовал Бонд, он поклялся снова встретиться с этими людьми. Он так и заявил М. во время их последней встречи. Появится ли у него шанс отомстить?

Сощурившись, Бонд вглядывался в темному Риджент-парка, и лицо его в слабых отблесках приборного щитка было жестоким и решительным.

Он подъехал к веренице машин, выстроившихся позади сурового высокого здания, и передал свой автомобиль одному из дежурных шоферов в штатском, а сам обогнул здание и вошел через главный вход. Лифт поднял его на последний этаж, и по хорошо знакомому коридору, покрытому толстым ковром. Бонд дошел до комнаты, соседней с кабинетом М. Начальник штаба ждал его и тут же доложил М. по селектору: