Синдром АГЛ. Шесть лет… Никто не мог объяснить ему. где он подхватил эту заразу, и почему она перешла в хроническую форму. "Полагаю, дело во взаимодействии с биоблокадой". Дальше предположений дело не двигалось. Шестой год он чувствовал себя старой разбитой колымагой, место которой где-то на свалке – слабость, непрерывные боли в суставах… Шестой год на каких-то невообразимых препаратах… И тут, похоже с похмелья, его и осенило. Румата вспомнил человека, который должен был знать о синдроме АГЛ – всё. Спустился, пересёк загаженный вестибюль, (под ногами захрустело битое стекло), и привычно кинул взгляд на почтовую ячейку. Вместо привычной пустоты там белело письмо.

– Кира! – боль ушла, как по волшебству, мир обрёл цвета и даже грязный двор показался уютным и родным.

28 августа 32 года 11:00 …Доктор Будах был величественен. Высоченные седовласые врачи смотрели на него снизу вверх. Антону не предлагали ждать. Два-три слова свите и…

– Я к вашим услугам, дон Румата.

Подробный дотошный осмотр. Румата удивлённо разглядывал рабочий кабинет, оборудованный по последнему слову науки. На столе толстая монография "Проф. Будах. Ген p53 в Y-токсин-индуцированном апоптозе", терминал БВИ, приёмник экспресс-лаборатории. Несмотря на всё это, половину анализов профессор сделал своеручно. Колдуя над пробирками, он продолжал неспешную беседу:

– Всегда полагал, что знаю вашу историю. Гур Сочинитель замечательно изложил её в своей книге.

– Да, "Румата и Окана"… Любовь одной ночи, злодей, замученная красавица, и герой – один против всех. Не так это было, совсем не так… Впрочем, кто бы поверил в любовь благородного дона и рыжей девчонки?