Перепробовав все, что было вкусного на праздничном столе, я удалилась в свою комнату, прихватив из груды папиных подарков коробку конфет. За окном сверкала весна. Апрель — капель, любовь — морковь…За столом папин коллега, молодой сотрудник их фирмы, как-то нагло посматривал на меня, уписывая оливье. Вот уж не думала, что и у взрослых бывают прыщи, фи! А вот некто другой вчера даже и в сторону мою не посмотрел…

Я не любила весну. Непонятно откуда появлялась какая-то тоска. Будто что-то важное стремительно проносилось мимо меня. А с ним хохочущие девицы, взволнованные парни, яркое солнце, радостные воробьи и все люди, и весь мир. И только я одна оставалась на месте и от лени или от страха не могла влиться в этот весенний поток. Я сидела на широком подоконнике, скрывшись от всего мира плотной шторой и одновременно наблюдая за ним из окна.

…Достоин ли с тобою

Смотреть на сей спектакль не знаю я, создатель,

Но не участник я сих драк, а наблюдатель.

"Так вот и просижу всю жизнь на подоконнике. И ничего никогда со мной не случиться", — думала я тогда.

На следующий день, сидя на английском, я ничего не слышала и не понимала, что пишу в тетради. Эта сволочь заигрывала с Серовой!

У меня дрожали руки от безнадежной и бессмысленной злости. А мысли скакали, как зайцы по кочкам. Он передает ей записку, улыбается, кретин безмозглый!.. чтоб тебе пару схватить…А она-то довольна, что еще один наивный красавчик в ее сети попался.

Тычок карандашом под лопатку заставил меня выйти из лихорадочного состояния и заметить хоть кого-то, кроме Кирилла.

— Эй, косая! Как перевести "death"?

Я не косая, просто фамилия — Косовей. Дурацкая, конечно, но если произносить быстро, то похожа на французскую. Правда, все, кому не лень, бессовестно искажают ее в меру своей безмозглости.