Генка открыл дверь и стремительно потащил меня в комнату. На столе, сияя никелированными пластинами, стоял магнитофон. Но не просто магнитофон, а переносный транзисторный, чуть больше коробки из-под пирожных.

- Гляди, - сказал Генка, - дядя Игорь подарил. «Орбита» называется. Ух, теперь заживем! Хочешь - музыку записывай, хочешь - себя. А главное - переносный. Идешь так по улице, а он тебе песенки играет.

И Генка, взяв магнитофон, изобразил, как он пойдет по улице.

- Но ты еще самого главного не знаешь, - продолжал он. - Скоро мы с тобой отличниками станем. Ты что-нибудь про обучение во сне слышал?

- Вроде слышал.

- Ну так вот. Записываем на пленку какой надо параграф, включаем магнитофон и ложимся спать. Просыпаемся - и все выучено. Уловил? А теперь давай послушаем, какой у тебя голос на магнитофоне.

Генка достал микрофон, подключил его и, покрутив какие-то ручки, сказал:

- Ну, говори.

- А что говорить-то? - спросил я.

- Что хочешь, то и говори.

Но у меня в голове ни одной мысли. Слова все куда-то разбежались.

- Не знаю, что говорить, - сказал я.

- Ну хоть полай.

Я залаял.

- Хватит, - сказал Генка. - Разлаялся. Ты лучше спой чего-нибудь.

- А чего?

- Откуда я знаю. Чего-нибудь.

И я как можно громче запел:

Из полей уносится печаль…

Но тут Генка стал чихать, и я перестал петь.

- Теперь послушаем, что получилось, - сказал он.

Запись вышла хорошая, и мы смеялись до слез. Особенно здорово записалось мое пение и Генкино чиханье.

- А сейчас - за дело, - сказал Генка. - Что там на завтра учить?

- Я думаю с географии начать. Помнишь, Анна Михайловна грозилась тебя спросить. Да и у меня всего один трояк.

- География так география, - бодро сказал Генка. - Что там задано?

- Реки Западной Сибири.

Я открыл учебник, и Генка медленно, с выражением прочел страницу об этих реках.