16 января 1806 года во дворце в Шенбрунне, в зале, где полыхали в огромном камине целые стволы деревьев, мальчик и девочка играли на ковре в солдатики.

Эти дети заслуживают внимание не случайно.

И у того, и у другого была толстая и слегка оттопыренная нижняя губа — черта, характерная для династии Габсбургов, которую они унаследовали от Карла V, а тот, в свою очередь, от своего предка, весьма некрасивого и как бы в насмешку прозванного Филиппом Красивым, — кроме того, они были детьми австрийского императора Франца I.

Итак, речь идет о двенадцатилетнем эрцгерцоге Фердинанде и его сестре Марии-Луизе, которой только что исполнилось пятнадцать. Они расставили своих солдатиков в разных концах комнаты, готовясь начать грандиозное сражение. Ни Фердинанд, ни Мария-Луиза не хотели командовать французскими войсками, и между ними вспыхнул спор.

— Я хочу, чтобы мои солдаты были бравые и дисциплинированные, а не кровожадные революционеры, — сказала эрцгерцогиня.

На что эрцгерцог отвечал: коль скоро небу угодно, чтобы он наследовал империю, ему не пристало предводительствовать бандой дикарей. Сказал и плюнул на пол.

В ответ на это юное голубоглазое создание, непреклонно глядя на него, заявило: лучше она вообще не будет играть, чем командовать этими скотами, которые разбили армию их отца под Аустерлицем.

В конце концов, дети сошлись на том, что оба будут сражаться во главе австрийской армии против французов и разобьют их наголову. И Мария-Луиза, выбрав самого уродливого солдатика, нарисовала у него на лбу прядку волос и провозгласила:

— Вот корсиканец!

После этого маленькую фигурку Наполеона поместили во главе вражеских полков, и бой начался. Очень скоро врожденные свойства их натуры взяли верх, и военные действия достигли крайней ожесточенности. Во «французов» полетели шары, камни, кубики; они были опрокинуты, разбросаны, словом, полностью уничтожены. Побоище сопровождалось громкими грубыми криками, в которых, конечно же, не было ни малейшего намека на милосердие.