Россиянин тоже стоял немного особняком от остальных, вытирал платком лысину и думал о вещах простых и незатейливых. В первую очередь - о том, что пожалуй хватил с утра на посошок лишку, во вторую - о балбесе Алешке, из которого непонятно что вырастает, а вот о небесном теле, занявшем уже пол-неба, условно отнесенному по спешно составленной классификации к "крейсерам", и, может быть, собирающемуся спустя секунду залить огнем все вокруг, решительно не думалось.

Почти никто не разговаривал. Hекто очень похожий на немецкого канцлера не отрывал взгляда от облаков - именно похожий на, потому что порывистость и четкость движений выдавали человека куда более молодых лет, чем престарелый Шульц. Правый глаз его ненатурально блестел об оружии гости предупреждали особо, но о следящих устройствах не было сказано ни слова - и легко было представить себе миллионы телеэкранов, транслирующих сейчас то, что видел "канцлер".

Китаец сидел, подогнув под себя ноги, на внушительных размеров коврике, и выглядел очень спокойным. По глазам, подернувшимся стеклянной пленкой, по расширенным зрачкам нетрудно было понять причину этого космического спокойствия - Владыка Поднебесной накачался наркотиками по самое не хочу и едва ли в полном объеме соображал, что вообще сейчас вокруг него происходит. Кто-то еще сидел на ковриках - кажется, японец, и две-три личности восточного вида в халатах и чалмах. Судя по ритмичным касаниям лбами потрескавшегося бетона, они молились.

Рыжий швейцарец, наклонившись к уху англичанина, негромко говорил что-то, стараясь сделать голос уверенным и веселым, но в тембре проскальзывали панические нотки. Можно было расслышать "...в самом деле, все эти фильмы, где они откусывают головы, мечут в людей икру такой бред, такая бульварщина...".