На седьмой год в его жизнь вошла женщина - дочь Наместника, и он с трудом давил в себе мысли о том, что она на самом деле - нелюдь, кровожадный монстр, и двое рожденных детей-погодков, сыновья - вызывали в нем то родительскую любовь, то страх. И все высекал, высекал зарубки - и все так же мечтал встретиться с ПрОклятым еще раз. Время шло мимо - а он не менялся. Подруга - женой она быть не хотела, ничуть не сомневаясь, что он уйдет едва минет срок клятвы - не стремилась влезть ему в душу; она была горстью огня и теплом угольев, могла согреть бы кого угодно огнем своей души - но относилась к нему слишком хорошо, чтобы проявлять насилие. Он не говорил ни ласковых слов, ни признаний в любви - просто ночами иногда тесно прижимался к ней, стискивал игрушечно-тонкие запястья и замирал, на минуту уверяясь, что это не наваждение, а счастливая истина. Но наступало утро, и убивало эту веру.
И в день, когда истекал срок действия клятвы, двадцать четыре ступени впервые за десять лет - и второй раз в его жизни - привели его в покои Владыки Тьмы. Все было так, как тогда - черный трон, монолитно вырастающий из самой плоти в башне, человек на троне - высокий, темноволосый, в черной одежде, такой же, как у самого Хурина, с столь же бледным лицом и неуловимыми его собственными чертами - но ледяными, нечеловеческими. На лбу - венец вороненого железа, а в нем сияющий всеми оттенками света шарообразный камень - заветный Сильмарилл. ПрОклятый сидел, опустив глаза на собственные руки, туго затянутые в черные перчатки и сложенные на коленях. Хурин замер у входа - и вздрогнул всем телом, поняв, что дверной проем за его спиной тихо превратился в монолитный камень.
Владыка Тьмы поднял глаза - словно ударил двумя зазубренными клинками. Взгляд давил, словно многопудовые слитки железа, что вдруг легли ему на плечи - и он забыл все свои слова ненависти и проклятья, и ему осталось только борьба за каждый вздох пред ненавидящими - так ему казалось - очами Врага. А холодная чужая рука безжалостно ковырялась в его внутренностях, ворошила мысли и воспоминания.