озаглавленных пятистопным долгим причудливым амфибрахием "Стихи, сочиненные во время бессонницы" и полных лепета игры сна, тайно обманувшего податливое ночное бодрствование, как будто случайный, посторонний незванный гость в радушном раскрытом доме какого-нибудь второстепенного литератора, среди пустых пивных кружек, корок и обгрызенных костей заснул за его длинным столом, чутко слушая еще невнятную в сновидении негромкую скороговорку Камены,

слезы,

невольные и сладкие...