Как обычно, наш майор опаздывает на полчаса. Можно сесть поудобнее и закрыть глаза. Приятные, успокаивающие мысли лезут в голову - хорошо, что сегодня дежурный не я... И завтра тоже не я... Тепло, все расплывается, расплывается, расплыва...

- Взво-о-од! Встать !

Вскакиваю, спросонья хлопая глазами, трясу за плечо сладко посапывающего соседа. Вплывает майор Т. - полный, обычно добродушный человек, но сейчас он явно не в себе. Дежурный начинает было тараторить свой обычный рапорт, но Т. машет рукой - отставить. Все шумно садятся, шуршат, устраиваясь. Майор тоже садится, непонимающим взглядом смотрит в журнал. Hа лице его написан жесточайший похмельный синдром. С полминуты он сидит, потом срывается с места, и так ничего и не сказав, уходит. Hарод блаженно падает на парты кажется, еще немного можно вздремнуть, но всех ждет жестокий облом - в дверь протискивается незнакомый прыщавый лейтенант и начинает пару с переклички. Если бы ты, тварь, не родился, с ненавистью думаю я, пристально его рассматривая, то мы бы сейчас еще децел соснули бы... а может и не децел...

- Елатомцев, -называет он мою фамилию.

Встаю, заставляю себя сказать "я" сквозь зубы и сажусь. Лейтенант стреляет взглядом, но молчит - сквозь зубы говорить "я" не запрещено. "Подольский!". Доносится глухое "я". Глухое оттого, что голова лежит на руках, а руки - на парте. Лейтенант становиться зеленым на лицо, как его форма ответить старшему по званию на вопрос сидя, неслыханно!

- Встать, Подольский! - шипит он.

Сережка Подольский грузно поднимается.

- Сесть!

Садится, ничего не понимая. Hа лице недоумение, и кажется несмелая улыбка начинает растягивать губы. А зря, этот прыщавый шуток не поймет...

- Отставить гримасы! Встать! Сесть! Встать!