Мы можем здесь смеяться, и это единственное, что нам остается делать, - смеяться над всем, что есть, ибо ничего нет, - смеяться над жизнью, и над даже тем, что возведено современной цивилизацией в величайшую ценность, - над удовлетворением своей природы; но мы чужды своей природы, мы лежим вне природы, и, поэтому, мы никогда не будем удовлетворены даже в забытьи, которое может дать нам как наша животная природа, так и разум. Hам смешны, горько смешны, всякие способы бегства. Мы видим, как миллиарды бегут со всех ног во все стороны от нас, мы видим нечеловеческий ужас на их лицах, но мы остались; мы познали истину; мы все знаем.

Hаука о недоказанном существовании не имела бы под собой оснований, если бы даже она была, но науки нет, а только сотни и тысячи отдельных условно существующих отверток для условно существующих винтиков разнообразным способом разложены, или скорее разбросаны, современным человеком, который сидит среди беспорядка и совершенно не понимает ничего, и не знает, что же делать: хотя этими отвертками и можно открутить соответствующие винтики, или закрутить обратно, или делать попеременно и то и другое - все это конечно бессмысленно и имеет отношение скорее к чему-то обезьяньему, чем к нам.

2

Безисходность, - вот характерное состояние разума, в которое он погружается у разбитого корыта своих надежд, устремлений и целей, понятых все вместе и каждая в отдельности как абсурдные, бессмысленные, пустые, - разума, выброшенного на берег жизни, и многие века всматривающегося в эту реку, и находящего в ней лишь пустоту и быстротечный в тумане мираж. Только пожалуй активная деятельность, например, труд до самой глубокой ночи, в попытках самозабвения и самоизбавления от невыносимого страдания, а затем, иллюзия удовлетворения инстинктов пищи, пива и пола, дают все вместе нечто привносящее элемент возможности в существование, возможности, становящейся невозможной при ее рассмотрении, вероятно глупым, или слишком умным, и скорее всего не тем и не другим, - распятым разумом с его осознавательной способностью сознания, родившейся из разума через его отрицание.