После первой рюмки разговор несколько оживился, но ничего принципиально нового Дубов не сказал. Да и в какой-то момент Роману стало не до разговоров – через два часа его ждала первая встреча с подзащитным, а путь от Лесного городка до Бутырок был не близкий. Хотя почти прямой – электричка прибывала на Киевский вокзал, а там на метро до Белорусской и дальше пешочком по Лесной улице. Сообразив это, Роман подумал, что совпадения в жизни не такая уж редкость: Дубов прячется на даче в Лесном городке, а Ласкина запрятали в камеру на лесной улице…

Прощаясь, Дубов был в отличном расположении духа. Он первым скатился с крыльца и подал Наташе свою руку. Потом у калитки поцеловал ее руку. Потом пытался приложиться к щечке. И сделал бы это, но у него в кармане заверещал сотовый телефон. Быстро заперев калитку Дубов бросился за бревенчатые стены своего укрытия. Ни Роман, ни Наташа так и не услышали ни одного слова из этого очень важного телефонного разговора.

Двери захлопнулись и полупустая электричка начала набирать ход, устремляясь к Москве.

По пути к платформе Роман и Наташа оживленно обсуждали встречу с Дубовым. Даже смеялись, вспоминая некоторые моменты. А чего было печалиться? Объект вероятного убийства жив и здоров, хотя и несколько напуган. Он дал несколько наводок для защиты Ласкина. Сам проявляет осторожность, живет затворником на даче, о которой знает только не менее испуганный Елизаров… Прощаясь с Дубовым Роман вручил ему свою визитную карточку – звонить в любое время, при любом изменении обстановки.

Все! Это все, что они могли сейчас сделать. И нет никаких поводов печалиться или опасаться.

Но как только Лесной городок начал удаляться, Роман замкнулся и начал разглядывать небо за окном. Наташа сразу почувствовала эту перемену и притихла, не мешая адвокату размышлять. И никаких обид и неудовольствий!