- Что это, Славик? - не поняла баба Женя.

- Образец новый наш, - ответил Шилин, пока возился в ванной с бритвой. - Очень лёгкий, вам подойдёт в качестве спиц, наверное. Вяжете же?

- Ой, спасибо. Вяжу, вяжу. - прокудахтала бабуля со стороны кухни и загремела кастрюлями.

Шилин символист. Подарил бабуле спицы, как захотелось какую-то вещь, на память, чтобы значила начало работы над новым интересным проектом. В тот же вечер после ужина он спросил у бабы Жени, может ли она связать для него небольшой шарф. Та закивала, а потом всплескивала руками и бормотала укоризненные слова насчёт вопроса квартиранта о деньгах за рукоделие.

- Ты шерсть присмотри, Славик, в магазине, или, хочешь, из овечьей свяжу, только овечья это... У меня что осталась, она мало годится.

- Баб Жень, завтра же найду.

И нашёл. Из овечьей ему не хотелось, выбрал синтетическую, лёгкую и прочную, как этот новый образец пластика. И ничего удивительного. Он грезил темой пластика, постоянно носил в нагрудном кармане куртки блокнот, чтобы не дай бог, не записать идеи насчёт работы с образцом. И ночью думал, и утром, пока две остановки шёл пешком до института. Hа обеденном перерыве, когда сегодня Шилин забегал домой за оставленными графиками, баба Женя обещала начать работу над шарфом.

- Славик, как банки уберу сегодня все, так сразу...

Шилин выхлопотал у начальства увеличение по календарному плану срока работы над проектом, отгородил угол лаборатории, где стоял стол с штативами микроскопа, а потом поставил давно уже безхозно стоящую около двери ширму.

Тонким стержнем автоматической ручки Шилин заполнил половину предназначенных на сегодня бланков, а потом снова отложил стопку бумаг в сторону. Опять потянулся к микроскопу, щёлкнул рубильником и под стеклом в столе загорелась вмонтированная лампочка.

Hельзя так равнодушно сидеть над бумагами, если этот пластик и его поведение с электрическим током репьем засели в мыслях.