Кое-кто был бы не против выдвинуть против меня обвинение перед лордами адмиралтейства, но дядя отказался поддержать его. Хотя видит Бог, мне пришлось услышать наедине немало тяжолых слов... Худо-бедно, но мы сумели расчитаться со всеми пайщиками экспедиции. Вот с тех самых пор, дон Франциско, я взыскиваю с испанцев и их короля надлежащие проценты по долгам, которые числятся за ними передо мной и моей королевой. Как я сделал это в Панаме, как делаю сдесь, в Тихом океане, и как, если будет на то милость Господня, сделаю и у ваших собственных берегов.
Hо может вам кажется что я исчисляю эти проценты слишком сурово? Что не следовало нам, англичанам и да еще и еретикам, искать коммерческой выгоды у берегов, которые закрепил за собой испанский король? Hо где, скажите на милость, нам еще искать ее? С тех пор как король Филлип наложил свою тяжелую руку и на португальские владения, он считает своим весь Hовый Свет, Индию, Африку, Филлипины и острова прянностей. По вашему, эти земли дарованны ему римским папой? Hо кто же не знает, что римский первосвященник теперь только марионетка в руках вашего короля? Считаете, что не так?
А вот что я скажу вам. Тот бог, который позволяет испанцам наложить руку на три четверти мира, зовется не Иисус. Этот бог зовется страх. Сдесь, в Hовом Свете, вы сумели запугать индейцев своей жестокостью, мушкетами, лошадьми, натасканными на людей собаками, там, в Старом Свете своей непревзойденной пехотой, инквизицией, аутодаффе, кинжалами иезуитов...