Очень скоро бухту затянуло дымом, ядра летали во все стороны. Палуба "Миньона"

была скользкой от крови, но корабль удалось отбить.

Мы бы выиграли эту битву, если бы испанцам не захватили батарею на острове. Они повернули пушки в нашу сторону. В это время "Ангел" уже начал тонуть. Затем пошла на дно "Ласточка". Мы потопили четыре галиона, но наши дела шли все хуже.

"Иисус" медленно оседал в воде. Дядя прокричал нам подойти и забрать с него людей и груз. Мы уже заканчивали разгрузку, когда испанцы пустили брандеры.

Этот сукин сын дон Энрикес зараннее купил два старых корабля и загрузил их всякой горючей дрянью! Теперь, подгоняемые ветром, они медленно надвигались на нас как гиганские факела. Мы еле успели отойти от "Иисуса". Дядя крикнул мне, что с остальными людьми будет уходить на "Миньоне".

До сих помню как наша перегруженная "Юдифь" выходила из бухты. В воду у бортов шипя падали ядра, ветер нес клубы дыма и огромным факелом догорал накренившийся "Иисус". Пламя и вода будто спорили между собой, кому достанется больше.

Кажется горел и поселок. Hе думаю что дон Энрикес получил большие барыши со своей затеи.

Вышло так что по выходу из залива мы с "Миньоном" потеряли друг друга. Почему?

Одна из тех случайностей, которые бывают в море. Корабли возвращались отдельно - и признаться, "Юдифи" повезло больше. Hас было шестдесят пять человек - а на "Миньоне" собралось две сотни.

Хуже всего было то, что у них почти не было продовольствия. Сто человек добровольно согласились сойти на берег, что бы дать шанс остальным. Да, обошлось даже без бросания жребия. Я так и не узнал что стало с ними.