- Мамусь! Познакомься с моей соседкой! Помнишь, я тебе про нее рассказывала? Это Зои Редберд. Зои, это моя мама.

- Здравствуйте, миссис Джонсон, очень приятно познакомиться, - вежливо сказала я.

- Зои! Как же я рада, наконец, тебя увидеть! Ах, да ты просто чудо! Твоя Метка еще красивее, чем рассказывала Стиви Рей. - Миссис Джонсон крепко прижала меня к груди и прошептала: - Спасибо, что присматриваешь за моей малышкой. Я так за нее тревожусь!

Я неловко обняла ее в ответ и сказала:

- Пустяки, миссис Джонсон. Стиви Рей - моя лучшая подруга.

Мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы мама тоже обняла меня, и чтобы она беспокоилась обо мне так же, как добрая миссис Джонсон тревожится о своей дочери.

- Ма, ты привезла мне шоколадного печенья? - нетерпеливо спросила Стиви Рей.

- Конечно, детка, но оставила его в машине, - скороговоркой произнесла миссис Джонсон с тем же деревенским говором, что был и у Стиви Рей. - Пойдем-ка проводишь меня и сама все возьмешь. Я привезла побольше, чтобы ты могла угостить друзей. - Миссис Джонсон с ласковой улыбкой посмотрела на меня. - Хочешь пойти с нами, Зои?

- Зои.

Этот голос походил на ледяное эхо доброго журчания миссис Джонсон. Я обернулась и увидела входящих в зал маму и Джона.

Сердце у меня рухнуло в балетки. Она все-таки взяла его с собой. Ну почему, почему хотя бы в первый раз она не приехала одна, чтобы мы могли побыть вдвоем? Это был глупый вопрос, потому что я заранее знала ответ.

Джон никогда бы этого не допустил. А когда Джон чего-то не хочет, мама повинуется без возражений. Точка. Конец предложения.

С тех пор, как моя мама вышла за своего Джона Хеффера, она перестала беспокоиться о деньгах. Она живет в шикарном доме в тихом дорогом пригороде. Она стала членом школьного родительского комитета и общины «Люди Веры». Но за три года своего «безупречного» замужества моя мама окончательно и бесповоротно перестала быть моей мамой и самой собой.