В свете ацетиленовой лампы, которую держал один из полицейских, в глубине погреба вырисовывались две тени. Они низко наклонились, и их плечи казались сросшимися. При нашем появлении они выпрямились и отодвинулись друг от друга, чтобы оглянуться.
Теперь мы отчетливо могли их рассмотреть.
Мужчина был обут в роскошные башмаки из мягкой кожи и одет в темно-серый костюм. Сразу было видно, что он от первоклассного портного. Жилет мужчины был расстегнут, а рубашка распахнута на груди. Несмотря на неполадки в туалете, он сохранял некоторую элегантность и респектабельность... если бы стоял, а не находился в горизонтальном положении. Одна или несколько пуль, пришедшиеся прямо по его физиономии, снесли половину лица и навсегда сделали для него невозможным положение вертикальное.
Глава третья
История в сольном исполнении
– Шеф! – начал довольно возбужденно один из агентов, выпрямляясь на затекших коротеньких ногах. – У нас появилась мысль его раздеть и...
Заметив меня рядом с Фару, он прервался.
– Позже, позже, – сказал комиссар с коротким взмахом руки, в стиле придворного аббата...
– Вот наша находка, – повернулся он ко мне, показывая на распростертое тело.
Он наблюдал за моей реакцией.
– На Центральном рынке действительно есть все, – заметил я. – Как его зовут, по вашим словам?
– Ларпан. Этьен Ларпан... Его имя и теперь вам ничего не говорит?
– Не больше, чем только что...
И, действительно, это имя мне ничего не говорило. Но профиль его очень походил на левую сторону физиономии Лере. Если бы не было такой разницы в одежде... Не мог же он, оставив меня в заклад в "Полной Миске", быстренько переодеться в это высококачественное шмотье, чтобы затем его обновить в подвале под звуки пистолета?
– Недоумеваю, как вам удалось так быстро установить его имя, – продолжал я.